Я как будто проклят:
Не найти покой.
На руках оковы –
Их не снять тоской.
И на теле шрамы,
Что болят порой,
А на сердце дыры,
И взываю часто:
«Ты меня укрой».
Чтоб не видеть горя
И не видеть слёз,
Чтоб не видеть моря
И не видеть грёз,
Чтобы отдохнуть
от всех мук и слёз.
И сказал я Богу:
«Забери к себе».
Но Он кликнул ветра,
Тот позвал к себе.
У него нет сердца,
У него нет грёз
И свободен ветер,
Как мой друг Христос.
И сказал я сердцу:
«Подожди чуть-чуть.
Может, нам по небу
Сходить и отдохнуть».
Даже если горе
Будем видеть мы,
Будем видеть слёзы
И не сбывшееся грёзы,
Всё равно пройдём всё,
Потому что Бог
Держит сильно руку
Мою правую Христос.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Проза : Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
